Уже накануне XX съезда Хрущев распространил проект своего доклада среди членов Президиума ЦК, надеясь таким образом получить их поддержку. Т.к. некоторые из них ясно ощущали связь между критикой таких отдельных феноменов, как террор, вина за который возлагалась на Сталина, и критикой всей системы и опасались, что последствия, которые могло иметь разоблачение преступлений государственного и партийного руководства, окажутся непредсказуемыми, официальные мнения разделились. Однако Хрущев проявил готовность взять всю ответственность за выступление на себя. Он пошел на риск, что дискуссия на съезде может стать достоянием общественности, и проигронировал сомнения своих коллег. Ему казалось важным, не только молча реабилитировать членов партии, ставших жертвами сталинского террора, но и поставить в известность ЂЂЂ по меньшей мере партийную общественност
Однако значение доклада не исчерпывалось его неожиданной откровенностью и выраженной в нем критикой в адрес Сталина. Оно заключалось скорее в характере его восприятия общественностью, а также в тех далеко идущих последствиях, которые он повлек за собой в Советском Союзе и за рубежом, т.е. в государствах-сателлитах Восточной Европы и в коммунистических партиях Запада. Поначалу предполагалось, что доклад Хрущева станет отправной точкой выдержанной в коммунистическом духе демократизации партии. Однако в итоге он приобрел значение, которое как в пространственном, так и во временном отношении значительно выходило за рамки этих изначальных замыслов. Не вызывает сомнения тот факт, что это было связано с реальными особенностями советской системы, для которой было характерно практически непреодолимое разногласие между политическими целями и общественной действительностью. Несмотря на то, что резкая критика Хрущева была направлена только против таких отдельных явлений советской системы, как культ личности, она неизбежно заключала в себе, что подвердится непосредственно после того, как доклад станет общим достоянием, опосредованную критику основ этой системы и ее представителей.
Цель Хрущева состояла в том, чтобы разоблачить и осудить перед партией преступления Сталина против членов собственной партии и народов СССР. При этом обращал на себя внимание тот факт, что в рассуждениях Хрущева, в отличие от западных публикаций на эту тему, на первом плане стояло не намерение окончательно свести счеты с советской системой. В то время как западные ученые и публицисты исходили из непосредственной связи между сталинскими преступлениями, с одной стороны, и утверждением авторитарной государственной и общественной системы, с другой, сам Хрущев не расценивал преступления сталинизма, достигшие широкого размаха после XVII създа партии, как упущения периода строительства социализма, а отводил их исключительно на счет заблуждений Сталина, вызванных чертами его характера. В результате главной темой хрущевского доклада стал публичный культ Сталина, допущенный и всячески поддерживаемый самим вождем, а также культ практически всех представителей государственной и партийной верхушки; озвученная им критика не касалась ни его самого, ни лиц из его ближайшего окружения.
Непривычная критика в адрес Сталина, который сродни иконе в течение десятилетий служил объектом поклонения и прославления и одновременно гарантией свободы от "капиталистического гнета", имело шокирующее действие. Непривычным было и то, что доклад был озвучен при закрытых дверях, а его содержание стало известно сначала из неофициальных, в том числе русскоязычных, публикаций и радиопередач заграницей; в самом Советском Союзе одна из его многочисленных версий увидела свет только во время Перестройки. Та дверь за семью печатями, за которой доклад хранился в тайне от советской общественности, была приокрыта только один раз: в 1956 г. особые уполномоченные ЦК зачитывали отдельные выдержки из него на закрытых партийных собраниях, специально созванных с этой целью по всей стране. При этом было запрещено копировать, записывать или стенографировать его текст. После этого хрущевский доклад сразу же убрали подальше.
На фоне большинства докладов на съезде 1956 г., которые, как и все прежние доклады по такому поводу, рапортовали об очередных успехах, а также сообщений прессы прежних лет о растущих завоеваниях социализма, доклад Хрущева произвел сенсацию. Благодаря его непривычной откровенности создавалось впечатление, что речь идет о фундаментальной критике сталинизма, который наложил свою печать на всю общественную жизнь страны ЂЂЂ на экономику и армию, на культуру и науку, а также на политику многонационального государства в области народонаселения. До недавнего времени такого рода критика советского режима имела место только со стороны бывших сторонников системы, таких как Милован Джилас, Вольфганг Леонгард и Чеслав Милош, произведения которых в то время могли издаваться только за рубежом. Доклад Хрущев содержал схожего рода фундаментальную, хотя и ограничивавшуюся преступлениями сталинского времени, критику. Отличительная особенность этой критики состояла в том, что она прозвучала из самого политического центра мирового коммунизма.
Доклад Первого секретаря ЦК КПСС, Н.С. Хрущева на XX съезде КПСС ["закрытый доклад"] и Постановление съезда о "Культе личности и его последствиях", 25 февраля 1956
О проектеПартнерыРедакцияАвторыДокументы
Введение Доклад Первого секретаря ЦК КПСС, Н.С. Хрущева на XX съезде КПСС [закрытый доклад] и Постановление съезда о Культе личности и его последствиях, 25 февраля 1956 / Баварская государственная библиотека (БСБ, Мюнхен)
Комментариев нет:
Отправить комментарий